Наталья (cpexovan) wrote in belle_best_ru,
Наталья
cpexovan
belle_best_ru

Category:

Стиль-023. РАЦИОН

Автор: Ольга Романова

Персики
Пшада - река горная. Мои дети обрывали тарзанку в тихий час, растравляя потребности дичков. Могли и утонуть. Но мне везёт - подростки живы.
Принесла персики. Целую односпальную кровать. Я поглядывала с горной высоты на Пшаду. На плечевой отдел давила совесть. И я присела, чтобы пасть от жадности и глупости было хотя бы не больно. Внизу, в поле, копошатся мои вожатые. Караулю. На многие-многие акры земли полагается одна дубинка, к ней – едва живая овчарка, к собаке - неуклюжий сторож. Поэтому и случилась целая кровать персиков. Неоранжерейных, гнилых от избытка влаги внутри, со слезами на кожурке. Персики сыпались девчонкам прямо в подол. Выше поля на асфальтовой подошве, наблюдая за копошухами и не смея оставить пост, жарились армавирские милиционеры. Каждую секунду хромая овчарка могла насторожиться, но слышно было лишь Пшаду. Мутным потоком она уносила коряги и камни, вымывая горы, прямо к морю, на побережье, где купались малыши. Рядом ни души. Мост. Ступим на него с персиками - и почти дома. Персики лежат на кровати и изумляют наглыми боками, похожими на задницу. И я их не ем.


ЗАГС - место не очень-то. Расковёрное зазеркалье. Цвет мрамора. И свет. Свет натуральный, имитирующий искусственное освещение. Заранее я пришла к художнице: попросилась выйти замуж в платье, которого ни у кого и никогда. Она нашла. Рисунок, силуэт. Жемчуг, мерное кружево. Я представила, как на концерте, Аманда Палмер в день моей свадьбы удивлённо снимет полосатые чулки. И захочет моё платье. А я не дам. Персики появились перед самой трансляцией застиранного "дорогиемолодожёны", и сразу – прыг мне в ладошку. На бархатных сиденьях - рать гостей. Двое. Они подарят обложку для документа из загса, и заберут её к себе. Мы, вдруг, потеряем. В руке моей букет. С телячью голову алый георгин. Персик, кутаясь в ладошку, упирается в грудь, и слышит всей костью, как стучит моё сердце. Он доволен: всё так, как и должно быть.

Персики созрели. И даже через чур. И тогда компот. Компот золотого цвета я пью, сидя на взрослых коленках. Мне два. Я на метр ниже ростом, чем сейчас. Стакан помню досконально и банку. Стекло зелёное и чистое. А узоры на стакане - треугольники равнобедренные. Но не очень-то, одно бедро дугой изогнуто. И в таких фигурах стакан. Рядом чайная ложка. Персики - без шкурки. Цвета выжатого, консервированного. И он даже лучше - гамма ульёвого мёда. Рядом сказочно много света. Я жду, когда начнётся ливень.

У Ридды Аксаховны нет детей, зато она все деньги на себя изводит. И большой начальник. Прогнозирует цифры, и никогда не оправдывается, если прогноз не сбылся. В семнадцать часов спешить ей некуда. Ни в сад, ни в школу, ни внуков тетешкать. Красота. Шапку можно выбрать помохнатей и побогаче. Тогда уж и шубу заодно. Ну, и что - что и июль. Ридда с сослуживцами возвращается домой на общем автобусе. Транспорт тормозит на светофоре рядом с фруктовой жестяной лавкой. Из окошка - в окошко руки: туда-сюда. Фрукты-деньги. Дитё ковыряет пальцем в носу, и просит у матери фрукт. Категорически мало почему-то денег. Мать выбирает связку бананов - сладко и сытно. Ридда замечает покупку и тихо, презрительно произносит: "Персики зреют раз году, а они покупают - бананы"...



Фасоль
В этот день один дошаркал до юбилея, другой умер, а третий повесился. А у неё - печёная фасоль с луком и перцем. Она берёт чайную ложку, и тут же откладывает в сторону. Открыв шкафчик, вынимает последнюю горбушку в полиэтилене. Сглатывает, и вдыхает много воздуха. Фасоль, как шаровая молния, сигналит: слиплась как слюни! Маринад прыскает на белую юбку неприличным кровяным пятном. Жирный томат плывёт к коленкам. Неаккуратно как. Подносит к глазам банку, а в ней - бобовые вверх пузом, готовые к проглачиванию. Ещё мгновение она тянет - так вкуснее. Выглядывает за дверь: не придут ли за ней, не отнимут. Не отнимут. Повторно берётся за ложку. Рецепторы расслабляются, понимают жизнь фасоли после второй ложки. Первая - кислая, окатывает как яд, непонятно, что случится дальше. А дальше - прекрасное, самая-самая вторая ложка, полная историй и воспоминаний. Жёлтая фасоль - цвета отвратительных личинок. Но восприятие уже работает на аромат, а на него батрачит голод. Ложка за ложкой приходит любовь. Спокойное понимание вкуса, деление на продукты и добавки. Фасоль сверх всех ожиданий. Сильная мягким углеводным вкусом, она насытит надолго. Среди покупок её пока не предвидится. Возможно, для лобио. Высушенная, декоративная, пунцовая. Может, полежит в сырой воде и разбухнет. А вдруг, останется шебуршать нетронутой перкуссией покатигорошка.


Спагетти

Шаркают безбожно жёлтым шерстяным цветом, соломенным. Распадаются соломки над паром веером жёстких волос. Умирают медленно, скользя в кипун бессознательно. Разбиваю кусок серой каменной соли поваренной. На фаянсе - с фасолью и персиком - остужаются. Ждут меня.



Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments